Мы создали этот сайт для того, чтобы у читателей книжки "Расстрелять" появилась возможность обратиться к писателю, обменяться мнениями, узнать о новых книгах....Книгу "Расстрелять..." я начал писать с 1983 года. Писал для себя. Веселил себя на вахтах. В 1989 году мои рассказы попали в издательство "Советский писатель". В 1993 году вышел "Мерлезонский балет". Через год в издательстве "Инапресс" вышла книга "Расстрелять". Сначала ее никто не покупал. Я сильно переживал. Заходил в Дом книги на Невском и спрашивал: "Как дела?". Через неделю мне сказали, что пришел какой-то сумасшедший и купил целую пачку :)). С тех пор было выпущено до двадцати тиражей (суммарный тираж сто тысяч). Книга продана в основном в Питере. Переиздается до сих пор. Присылайте, пожалуйста, свои отзывы и свои истории...

Врач - специальность среди подводников смешная


Интервью корреспондента "Новой газеты" Людмилы Столяренко.

Л.С. Рассказ Александра Покровского вряд ли можно отнести к обычной беллетристике. Он больше похож на документ, свидетельство очевидца. Потому выглядит очень правдивым и убедительным. Мне показалось, что именно Покровскому, бывшему подводнику, капитану второго ранга, много лет ходившему в "автономки" и знающему проблему не понаслышке, просто необходимо задать вопросы, на которые вряд ли откровенно ответят высокие чиновники.

- Из того, что ты написал, выходит, что причиной аварий и гибели многих людей на подводных лодках, зачастую является вовсе не отказ несовершенной, хоть и умной, техники, а так называемый "человеческий фактор"?

А.П. Не совсем так. По порядку: лодка - сложный механизм. Делается он многими и многими. Каждый делает свою деталь, а потом это все собирается внутри прочного корпуса, и, как внутри человеческого организма, разные органы должны не только сами по себе работать, они должны еще обеспечивать работу другим органам, так и в лодочном нутро - одни механизмы цепляются за другие..

Не всегда лодочные механизмы стыкуются друг с другом безболезненно.

Не все устройства равнозначны по степени безотказности.

Как бывает у человека: если отказывает какой-то орган, то другой берет на себя часть его функций.

У лодки тоже такое есть. Если откажет один реактор, то есть второй.

Человек на лодке на то и существует, чтоб сглаживать нестыковки между механизмами. Если б их не было, это была бы лодка-автомат. Существуют же беспилотные самолеты. То есть, получается, что механизм может выйти из строя, а человек - нет. Не имеет права.

Когда я слышу эту фразу "человеческий фактор", то на ум приходят только дисциплинарные взыскания. В мое время считалось, что после этой фразы обязательно должно идти "дальнейшее усиление дисциплинарной ответственности". Считалось, что достаточно человеку приказать, немного его приструнить, и он снова бодр и весел. Он снова готов идти в море, причем на столько, на сколько понадобится - на год, на два. Пришел - его еще раз наказали, построили, пригрозили, внушили - и он опять пошел в море, потому что обязан, присягу давал.

О том, что человек может ломаться, что ему надо отдыхать, хотя бы спать, пусть даже он самый, что ни на есть дисциплинированный и ответственный, речь не шла. Человек у нас не ломался, а если с ним такое происходило, то существовали органы - партийные и госбезопасности - которые в три секунды доказывали, что перед нами негодяй и место его в тюрьме.

То, что человек, после долгого нахождения в море, испытывает легкое помешательство, назовем это неадекватностью, и может творить что-то, совершенно об этом не ведая, считалось абсурдом, чушью, глупостью, вредительством, происками империализма.

Это у них считалось, что такое сумасшествие и временное помешательство возможно, а у нас - все люди моральные, нравственные, им только по попке надо во время настучать или беседу с ними провести - и снова полный порядок.Так что можно сказать, что львиная доля аварий случалась по вине людей. Но! Тут есть еще одно но.

Мы уже говорили, что отдельные механизмы на лодке далеки от совершенства. Вот это их несовершенство и прокладывает внутри лодки пути развития аварий. Они там уже есть. Например, если на лодке пожар, то жди, что продукты горения просочатся в соседние отсеки, как ты ни старайся, потом выгорят сальники какого-либо забортного устройства и внутрь пойдет вода. Она заполнит сначала один отсек, потом полезет в соседние.

Человек в лодке - что-то вроде запала - не дай Бог тронет что-то не то, тогда эти схемы, цепляющие друг за друга конструктивные несовершенства, придут в движение - и лодке конец.

А задеть он за них может не оттого, что он последний дурень или разгильдяй, а потому что он просто устал и не помнит, за что он схватился и что зачем нажал. Я понятно объяснил?

Л.С. Существуют ли на отечественном подводном флоте какие-либо нормы продолжительности плавания в так называемых "автономках", графики чередования морских походов и отдыха на суше? Кто это должен контролировать - медики, командование, психологи?

А.П. Существуют. Есть ТУ - технические условия на корабль, где написано: "столько-то суток автономность", но человек там на последнем месте. На первом месте - техника. Там не "железо для человека", а "человек для железа". Есть нормы и на отдых. Только они маленькие - 24 суток после похода в 90 суток. Причем законы наши таковы, что командование может заменить санаторий на "отпуск при части" - то есть никакого отпуска.

Считается, что за это отвечают все: командиры всех степеней, начиная с командира корабля и кончая главкомом. Когда столько ответственных, то считай, что никто не отвечает.

Медики пытаются что-то сделать, но их место на "шкентеле", то есть, в конце строя. Психологи - я такое слово на службе не слышал.

Л.С. Почему твои коллеги-подводники соглашаются идти в плавание тогда, когда еще не прошла усталость от предыдущего похода, когда еще требуется реабилитация и отдых? Дело в неосведомленности, незнании инструкций и норм? Или слепом следовании военным приказам?

А.П. Все всё знают, но есть командование и приказ. Командование, начиная с командира дивизии, с нами не церемонится. Недаром есть на флоте поговорка: "Сон - это преступление". Не выполнишь приказ, пойдешь под трибунал.

Л.С. Если для "автономки" трудно найти даже врача, то смешно говорить о психологе или психотерапевте. Но дают ли возможность морякам пообщаться с ними хотя бы на суше? Кто следит за их психическим состоянием? Или это личное дело "самих утопающих"?

А.П. Врач на лодке есть. Но это специальность среди подводников смешная, еще смешнее и несерьезнее выглядит специальность "химик". Чем он занимается - не совсем понятно, а раз непонятно, значит - ничем. А раз ничем, значит бездельник, балбес, лоботряс, надо его приструнить и всячески за ним проследить. Слово "психотерапевт" вызвало бы улыбки. Всегда считалось, что "психическое состояние" у нас нормальное и следить за ним - время терять.

Л.С. Как ты думаешь, много ли можно собрать свидетельств о неадекватном поведении людей под водой во время многодневного похода - ну, хотя бы от бывших матросов и офицеров? Ты с кем-то из них обсуждал эту проблему? Почему так долго о ней ничего не говорили и не писали?

А.П.Таких свидетельства много собрать можно. У каждого найдется что сказать. Я видел людей, пришедших после атономки. Встречал их на пирсе. Другие глаза, взгляд другой, масса лишних движений, не всегда сразу отвечают на вопросы, подавлены или, наоборот, перевозбуждены. Я обсуждал эту проблему с медиками. Они все знают. Правда, это знание развивалось довольно вяло. И в медицинской среде хватает волевых командиров.

В наши времена все эти наблюдения считались секретными. На эти темы не говорили. А если матрос в море закрывает клапан слива гидравлики, управляющей рулями, и от этого они перестают управляться, а закрыл он его потому, что своим журчанием он мешал ему спать, то считалось, что он по национальности узбек и место его на камбузе.

Л.С. Значит, причиной взрыва торпеды и гибели "Курска" тоже могла быть вовсе не какая-то техническая неисправность, а неправильно и не вовремя включенная кнопка или тумблер, банальная оплошность, вызванная усталостью, перегрузкой человеческого организма и психики, то есть шизофренический синдром, о котором ты пишешь?

А.П. Да. Совершенно верно. По моим расчетам, экипаж "Курска", недавно прибывший с автономки и тут же загнанный назад в море, за трое суток нахождения в нем, перед трагедией почти не спал. Это связано с выходом, беспрерывными тревогами, подготовкой к стрельбе.

Короткие выходы на учения самые гнусные. Рваные режимы - "всплываем-погружаемся" - составляют их суть. Для людей, недавно прошедших автономку, это все смерти подобно. Человек засыпает на ходу, а уж куда он после этого падает - это никому не известно.

На коротких выходах штурман, например, может не спать 5 суток. Я слышал от штурманов потом: "Я не могу слышать шелест кальки" (он рисует на кальке).

Я сам однажды 10 суток спал по 1 часу в сутки. Потом вообще не хочется спать, а все происходящее происходит вроде не с тобой.

Конечно, могли "нажать" все, что угодно. Есть такое русское слово "задолбали". А есть и другое - грубее, но точнее.

Л.С. Для высших военных и гражданских чиновников признавать причиной взрыва на "Курске" неадекватные действия кого-то из экипажа - это все равно, что самим себя прилюдно высечь: слишком много грубых нарушений инструкций они допускают. Но ведь молчать об этом нельзя. Что делать?

Можно прятать голову в песок и дальше. Ведь это же не единичный случай подобного отношения к людям и, как следствие, их отношение к технике. Это система. Это сплошь и рядом. Это всегда. Это навсегда. А катастрофы случаются не каждый день. Есть такое русское слово "авось" - оно у нас всюду, и есть русское слово "везет". Иностранцы никак не могут понять: "куда везет", "кого везет", "почему везет". Оно для них лишено всякого смысла. А для нас - оно именно им и наполнено.

P.S. Александр Покровский послал рассказ своему знакомому, бывшему замкомдива 31-й дивизии атомных подводных лодок Виталию Александровичу Люлину. Тот сразу ответил ему подробным письмом по интернету. Вот маленькая выдержка из его ответного письма:

"Тема подводника, его КПД и "запаса плавучести" - прямо-таки кричит. Теперь уж точно надо бить в колокола! К твоим примерам, я могу добавить десятки, сотни своих, когда нас сберег Бог и помог вернуться к родному причалу. А мы снова, вновь и вновь, испытывали судьбу. Нам повезло, точнее, помогло Божье благоволение. А очень многим - нет. Во имя их светлой памяти погибших, а также ради тех, кто сегодня примеряет отцовскую бескозырку, обязательно надо об этом писать".

Комментарии  

 
0 # Михаил 07.07.2009
Да людей у нас всегда считали самым дешёвым материалом. Железо у нас всегда дороже человека и с человеком можно обходиться как с вещью, а уж с офицером и подавно как с женской прокладкой.(В\" Расстрелять\" один в один)
Моряки и подводники вообще особая статья:
на суше старший офицер редко впереди, в основном лейтенанты да капитаны, на воде такое не проходит:капраз ,а то и адмирал и матрос вместе и равно рискуют и это, несомненно, откладывает отпечаток на формирование личности флотского человека, хороший, благородный отпечаток. За что большой им респект.
полковник в отставке М.В.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
 
 
+2 # Владимир 07.11.2009
По теме усталости на контрольном выходе добавлю короткую ремарку. РПСН К-415, выход с \"дивизией\" на задачи. Третьи сутки без сна, адреналин кончился уже давно. Усталость на грани безразличия. Флагманские разделились на две смены. Днем экипаж дрючит первая смена, ночью, его же, но уже вторая. Постоянные тревоги, боевые и аварийные; всплытия-погруж ения, на третьи сутки начал отчетливо видеть и слышать глюки. Метрист КП 1 Р, игнорируя присутствие в КП «флажков», просто и без затей начал падать головой прямо на ИКО радара. Ухом и лбом на отметки от целей. В том числе на отметки опасных целей. Начальник штаба орет мне (начальнику РТС корабля) в ухо,...- перестаньте изображать из себя уставшего офицера, ебить!!!
Ночь. Глубина 60 метров, корабль по сценарию учения должен прийти в точку старта, отработать пуски, потом прорвать строй противолодочник ов и, конечно, не попасть «под выдвижными» под наших воздушных орлов на ИЛах, которые тоже ищут эту груду железа с безумно уставшими людьми внутри. Предполагается, что вот такие боевые гонки должны сладить экипаж. Говоря иными словами - из колхоза «Большие Говнюки» потихоньку делают подводников.

Но не может такого быть, чтобы чего то не произошло. Дождались ! Грохот колоколов фактической аварийной тревоги, истошный вопль по «Каштану», - большое поступление воды в 8-м отсеке! Ну вода и вода, ее вокруг лодки много, но дальше началась совершеннейшая мистика. Дочитайте , дальше будет совершенно \"по Покровскому\". Как выяснилось гораздо позже, когда улеглись веники, незадолго до этого вопля, командир турбинной группы направил умордованного тревогами молодого моряка в трюм с напутствием, - ты там это, сынок, найдешь впускной клапан 4 контура на трубе охлаждения который путем циркуляции забортной воды охлаждает арматуру 2-го контура, так ты его открути побольше вручную ну примерно так закладывалсь предпосылка к катастрофе. Боец весь в молодецком энтузиазме находит этот клапан и начинает его выворачивать. Покрутил потрогал, горячая труба. Еще покрутил. Опять без вреда. Довернул до упора, дальше не идет. Потрогал рукой - горячая! Заметим, что за те пару минут, когда он все это крутил, особого передвижения воды в несколькокиломе тровой трубе, естественно, не произошло. Остывать она, видимо, стала, но медленно и неубедительно с точки зрения моряка. Что делает в такой ситуации инициативный матрос? Правильно - проявляет флотскую смекалку. Он вставил в вентиль «мартышку» и со всей дури наддал по ней кувалдой. Результат сказаться не замедлил, клапан разрушился незамедлительно а забортная вода струей, диаметром 17 см, под давлением в 6 атм уперлась столбом в подволок. Тяготы и лишения – налицо, но боец в ужасе не может даже подойти с пластырем к столбу воды. Вот тут и возник тот самый вопль по «Каштану».
Началась героически- обычная БЖ и первой командой из ЦП была - пустить помпу на осушение трюма! С этого момента пошла мистика. Помпа работает, вода не убывает. А наоборот прибывает в трюм! Помпа работает! Подвсплыли на 30 метров. Попытка утопления лодки продолжается – вода прибывает, помпа молотит вовсю без каких либо внешних эффектов. Командир решил «дать воздух» в восьмой, чтобы парни смогли под противодавление м, созданным в отсеке наконец пластырь на дыру завести. Дали, - надулась вся корма, от пятого до десятого отсека. Вышли в море с разгерметизиров анными отсеками.
В такие минуты думаешь о трех вещах-
1. Говорила же мама, не заплывай, сынок в море за буйки. Все это как бы не со мной...
2. Механики, сволочи, будьте сегодня умелы как никогда, давайте уже побеждайте воду.
3. Почему и откуда вода пошла – непонятно, почему она не убывает - тоже
Давайте, товарищи волевые командиры уже будем всплывать, продувать среднюю группу главного балласта, ! Пора! Ну, обнаружат нас самолеты, проиграем Приморской флотилии надводных кораблей, получим двойку за учения. Так и только делов. Зато живы останемся.

...очередной доклад-вопль из восьмого, - вода продолжает прибывать, общее поступление – 12 тонн! У боцмана джойстик на Шпате на всплытии стоит, пароход на ходу 8 узлов с трудом удерживается на заданных 30 метрах. Аварийное всплытие! Вода из балластных цистерн. Вылетаем на поверхность, где началось второе отделение цирка, под названием «мастера военно-морского дела\" Только устали чуток. Для начала Боцман отстрелялся в ИЛ-38 неправильным кодом опознования (код который ему давался на бумажке давно сменился). Ил не замедлил сообщить в ГШ, что обнаружил в терводах СССР иностранный носитель яерного оружия. Там удивились но на всякий случай прислали радио - Срочно уточните и доложите ваши координаты! Корабль тем временем болтается безвольной железной колбасой в надводном положении. Механики пытаются разобраться в ситуации. Проходит примерно час. Сделали сорванный клапан. Начали разбираться в категорическом нежелании помпы качать воду из трюма за борт. Проверили – работает. Работает, но не качает. Гоняет внутри себя воздух, а воду не желает. Спустились в трюм посмотрели в яму. Стоит вода .
Оказалось, во время погрузки фильтров с них снимали пластиковую упаковку и не долго думая, сбрасывали в трюмы, с глаз долой. Мусора нет, чистота и выносить ничего не нужно, да и некогда. Естественно, что когда помпу пустили, на входе собралась пробка из этого самого пластикового мусора. Помпа грохочет на весь отсек, гоняет внутри себя воздух, вода в нее не поступает, зато хорошо поступает из вырванного клапана забортная вода прямо в морды героев. В воде пластик, забивший всос помпы не видно непонятно поддводникам, не склонным к мистическим раздумьям, отчего такая невезуха.
Вот так, все и везде одинаково \"на убой\". Было это в 1983 году, Тихоокеанский флот.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
+2 # Alexandr.shushkoff 26.11.2009
[quote=Михаил]Д а людей у нас всегда считали самым дешёвым материалом.
Одни наши АСС в авиации чего стоят.Чтобы покинуть самолет Ту-142М в аварийной ситуации. Надо экипажу включить аварийный эскалатор, чтобы он доставил пилота к люку. Но чтобы попасть в этот люк его надо открыть, а для открытия прежде выпустить аварийно переднюю стойку шасси. И надо, если это получилось ухитриться не удариться об обтекатель антенны локатора за люком, иначе на такой скорости некому будет падать. Но, если все же обошлось и парашют открылся и даже лодка МЛАС-1 надулась, и спасжелет сработал это не все. Надо после приводнения в мокром уже меховом комбезе в лодку забраться. А, она брыкается. На зачетах по АСС, когда ты здоровый, в одних плавках в нее пытаешься залезть, она поплавком встает. Попробуй в этих условиях. Но это еще не все. Ведь ты в северных широтах сколько еще борахтаться? А, если в Южных...? Но вот на помощь тебе спешит \"Фрегат\", сброшенный с ТУ-16 во спасение. Но у тебя уже нет сил. А, он как радиоуправляема я модель гоняется за членами экипажа и своей массой по череди их топит. И про холодную водичку: На борту такого лайнера как Ту-142М есть оборудование под МСК - морские спаскостюмы, которые и температуру держат и жизнедеятельнос ть летчика поддержать могут, возможно до его фактического спасения. Но к сожалению ни на одном борту их нет. Это к вопросу о ценности наших специалистов.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить